Несвиж

Усадьба и деревня Цитва.

На правом берегу Свислочи за местечком Дукора, в котором гремела слава балов и пиров губернского маршалка шляхты Франтишка Ошторпа, в старые времена начинался глухой болотный край. Проезжие дороги вились здесь, причудливо изгибаясь, стараясь нащупать более возвышенный участок. А зачастую, не найдя его, переходили в искусственные насыпи-«грэблі», построенные крестьянами во время исполнения дорожной повинности. Каждый остров этого болотного «моря» занимал рядок хат небольших деревень – дворов на 10-20 – больше не позволяла местность. Такой деревенькой в этих краях когда-то был, например, Руденск – сегодня крупная железнодорожная станция, а тогда – десяток домов на холме посреди болотных рощ. Неожиданным явлением культуры и цивилизации возникали здесь стройные модерновые здания дворов фольварков, носивших имена дворянских владельцев этих мест – шляхтичей Янишевских герба Тупая Подкова. Их усадьба Цитва стояла недалеко от одноимённой деревни на берегу реки Птичь на таком же холме среди болот, как и окрестные застенки и сёла. Перед гостями, которых нечасто заносило в этот отдалённый от больших дорог край, Янишевские могли похвастать привилеем князя Казимира Ягайловича, который будто бы передал им во владения эти земли ещё в 1486 году. Такой древностью не могли похвалиться на Литве даже князья Сапеги с Радзивиллами! Collapse )
Несвиж

Elżbieta z Radziwiłłów Tomaszewska (1917 - 2021)



Сыйшла апошняя сведка прыгожага веку. Тая, хто ведаў свет замкаў, сядзібаў і шляхты гэтай зямлі не з кніжак (хай сабе нават і навуковых) і старых фатаздымкаў, але тая, хто яшчэ сапраўды жыла ў гэтым свеце. Светлая памяць апошняй нясвіжскай княгіне...
Несвиж

Солтановщина - деревня, которая могла стать Несвижем.

К юго-востоку от Несвижа, сразу за Михайловой горой, раскинулось огромное Каролинское болото. Здесь берёт начало река Уша, на которой стоит сам Несвиж, расположена водная система его многочисленных прудов. На другой стороне болота тоже есть гора поменьше. Но она также привлекает внимание не меньше Михайловой, потому что в отличие от неё она полностью рукотворная. Это высокое городище. Именно на нём жили самые первые люди в этой местности в начале 1-го тысячелетия нашей эры. Мы знаем об этих людях только по археологическим следам, которые они оставили в земле и даже называем их соответственно этим артефактам – культура штрихованной керамики. Скорее всего, эта культура была создана представителями балтских племён. Ведь и в окрестностях Несвижа самые древние названия рек – Уша, Выня, Лань – имеют балтское происхождение. Ну и, собственно, сам Несвиж, чьё название родственно одному из браславских озёр. Ближайшие параллели названия «Несвиж» в современном литовском языке ведут к словам со значением «грязный». Да уж, не лучший вариант для будущей княжеской резиденции со множеством прекрасных барочных храмов! Зато, наверное, подходящая характеристика для одинокого городища у края огромного торфяного болота. Collapse )
Несвиж

Усадьба и деревня Малево.

Деревня Малево когда-то считалась «воротами Несвижа». По старой дороге, которая вела на запад от радзивилловской столицы в гости к князьям ездили и из воеводского Новогрудка, и из королевской Варшавы. Во время памятного визита короля Речи Посполитой Станислава Августа Понятовского в Несвиж в 1784 году именно от Малева начиналась торжественная встреча Его Величества свитой князя Кароля Станислава Радзивилла “Пане Каханку». Тогда здесь гремели залпы пушек, а вдоль дороги разносилось громогласное «Виват!», которое кричали рекрутированные из деревни крестьяне. Здесь же у самой дороги издавна расположился радзивилловский двор, история которого начинается ещё раньше, чем владение Радзивиллами самим Несвижем.


Вид на территорию бывшей усадьбы Малево со стороны старой несвижской дороги.
Collapse )
Несвиж

Имение знаменитого учёного в Гарутишках.

Гарутишки – небольшая деревня километрах в 10 к северу от Койданово, половина домов в которой – коттеджи дачников и минчан, пожелавших приобрести загородный дом. А исторически здесь не было и этого – был лишь небольшой хуторок при шляхе, соединявшем Койданово с местечками Волма и Раков. Какой-либо усадьбы с давней историей здесь также не существовало, хотя, конечно, свои владельцы у Гарутишек имелись. Эти земли входили в состав Койдановского графства князей Радзивиллов, и постепенно распределялись среди верно служащих им шляхтичей. Гарутишки принадлежали кальвинистскому роду Таргоня-Жидовичей герба Любич, давних прихожан и опекунов койдановского кальвинского сбора. Collapse )
Несвиж

Усадьба и деревня Куковичи.

Имение Куковичи располагалось на красивых живописных полях у древнего тракта Несвиж – Тимковичи на середине пути из одного местечка в другое. У самой дороги с незапамятных времён стояла старая куковичская корчма, которую великолепно описал в своих произведениях уроженец этих мест писатель Кузьма Чёрный. Чуть дальше за небольшим оврагом параллельно тракту тянулась улица деревни Куковичи, где издавна жили крестьяне одноимённого господского двора. Деревенская улица в конце превращалась в липовую аллею, которая круто поворачивала на север и прямой линией прорезала просторные поля. Через полтора километра она приводила к холму, где стоял старый двор усадьбы Куковичи.
Collapse )
Несвиж

Кладбище в деревне Воронча.

В деревне Воронча Кореличского района находится один из самых крупных, исторически значимых и красивых некрополей Новогрудчины. Более того, если бы существовал некий рейтинг исторических кладбищ Беларуси, то Воронча наверняка входила бы в первую десятку.
Исторически здесь не было деревни или местечка, но зато была большая усадьба новогрудского воеводы Юзефа Неселовского, излюбленное место собраний всей окрестной шляхты в последние годы существования Речи Посполитой. Позднее, в 19 веке, реноме усадьбы поддерживали новые хозяева – Мержеевские, Любаньские, Чарновские. Юзеф Неселовский основал в Воронче костёл святой Анны, который стал главным приходом большой округи, в которой находилось множество усадеб и фольварков различных шляхетских родов. Поэтому вскоре неподалёку появилось обширное кладбище, на котором представители этих родов обрели последнее пристанище. Отдалённость Ворончи от больших дорог, а также незаметность кладбища в самом местечке сыграли свою положительную роль в том, что в советское время оно относительно мало подверглось типичному для того времени вандализму. Поэтому сегодня мы имеем здесь множество не сильно повреждённых захоронений, которые представляют собой как памятники истории, так и целые произведения искусства.
Тропинка на кладбище начинается через дорогу от костёльной брамы, затем уходит чуть левее и приводит на соседний холм. Здесь находится новая часть кладбища, и, кажется, ничто не предвещает того великолепия, которое находится в глубине. Collapse )
Несвиж

Усадьба Воронча.

Усадьба Воронча находилась в удивительно красивом и необычном для нашей страны месте. Здесь на Новогрудчине крутые склоны многочисленных покрытых лесом холмов и глубокие овраги со стремительными речками образуют пейзажи, привычные, скорее для Закарпатья или Трансильвании. Сама природа подготовила здесь благодатную почву для интересных легенд о таинственных замках на вершинах гор, старых шляхетских традициях, колоритных героях из давних родов. Всё это найдёт затем своё воплощение в поэмах Адама Мицкевича, для которого окрестности Ворончи были родным домом. Даже место действия одного из своих главных произведений «Пан Тадеуш» он назвал в честь шляхетской околицы в нескольких километрах от Ворончи – Саплицово. И происходящее на страницах этой поэмы – лишь небольшое художественное отражение того, что происходило в богатейших на исторические события окрестностях Ворончи в действительности.
Collapse )
Несвиж

Путешествие в усадьбу Бобровка вместе с Ольгердом Ентысом. Часть 2.

Продолжение. Начало здесь.

Глубоко запали в мою память фигуры некоторых наших соседей. Помню патриархальную семью староверов Кудряшовых с хутора Сербино. Во главе её стоял Захар, статный старец с длинной бородой, который твёрдой рукой руководил двумя женатыми сыновьями и взрослой дочерью, а также занимался лечением местных лошадей и коров. Все они (за исключением одного из сыновей) были убиты нацистскими полицаями из Ильи в 1943 году. Приятельские отношения связывали нас с тремя семьями из Погребища – Гайло, Варавко и Москалевичами. Их также не пощадила война. Трагически погибли двое братьев Гайло Павел и Николай, очень хорошие и порядочные люди. Убита семья Москалевичей, от расправы удалось спастись лишь одному их сыну Янушу. До сих пор с большим умилением вспоминаю всегда улыбающегося хромого Павла Владыко и его жену Ольгу с хутора Брицкие. Оба дожили до преклонных лет и могли гордиться замечательными детьми и внуками, с которыми теперь мне удалось наладить прочные контакты. Добрососедские отношения также соединяли моих родителей с офицерами стражницы Корпуса охраны пограничья Брицкие, которая находилась неподалёку. Её последний комендант капитан Маньчинский покоится в катынской могиле под Смоленском, убитый НКВД вместе с другими офицерами весной 1940 года. Collapse )
Несвиж

Путешествие в усадьбу Бобровка вместе с Ольгердом Ентысом. Часть 1.

Место усадьбы Бобровка сегодня находится в густых лесах на границе Минского и Вилейского районов между местечками Батурино и Илья. Попасть на него можно только по тернистым лесным дорожкам, а даже оказавшись на месте, только опытный глаз сможет понять, чем оно отличается от простой лесной поляны. Здесь ещё стоят насаждения большой въездной аллеи, усадебного парка, а кое-где выглядывают на поверхность фундаменты уничтоженного усадебного дома и других многочисленных построек. Всё они как будто в воронках от бомб – это следы незасыпанных раскопов чёрных копателей. Когда-то эта заросшая и заброшенная земля имела своих хозяев, создавших здесь колоритный и уютный уголок. На сегодняшних полевых пустошах и лесных полянах в окрестностях Бобровки жили люди, представители шляхетских и крепких крестьянских семейств, знакомые и дружные между собой. Сегодняшние лесные тропинки когда-то были дорогами, по которым они ездили друг к другу в гости. Это была не безликая земля – за каждым уголком стояла история рода, который жил здесь на протяжении многих поколений.
В 2004 году в польском журнале «Wileńskie Rozmaitości» были опубликованы воспоминания последнего жителя усадьбы Бобровка Ольгерда Ентыса. Он был сыном последних владельцев имения Збигнева и Марины Ентыс и успел застать усадьбу во время её расцвета ещё ребёнком. Его мемуары тепло и непосредственно описывают этот родной для него уголок, позволяя нам увидеть этот уже исчезнувший интересный мир небольшой литовской шляхетской усадьбы. В 2014 году, живший после второй мировой войны в Польше, Ольгерд Ентыс скончался в возрасте 82 лет. Большая благодарность ему за то, что он успел оставить нам воспоминания о своей родине, одном из замечательных, но нынче заброшенных, уголков Беларуси.

____________________________________________________
Collapse )